Отец российской теннисистки Юлии Путинцевой в интервью российской пресс рассказал о предложении его дочери от Федерации тенниса Казахстана.
— На данный момент ничего конкретного по поводу Казахстана нет. Переговоры ведутся, и они велись в течение года, в виду того, что Казахстан выдвинул очень серьёзное предложение в финансовом плане. Они предложили очень хорошую сумму, готовы оплачивать все расходы и оказывать любую помощь, связанную с подготовкой Юли. Мы это предложение рассматриваем, но параллельно я разговаривал непосредственно с ФТР. Огромного желания, даже при тех деньгах, которые нам предлагает Казахстан, перебегать и играть за другую страну, у меня нет. Именно поэтому я разговаривал с ФТР о том, чтобы, может быть, с их стороны в меньшем объёме выделялась поддержка. Я вёл разговор о сумме в два или даже в два с половиной раза меньшей, чем нам предложил Казахстан.
Дело в том, что в ФТР нам говорят — если вы играете за Россию, то мы оплачиваем вам всё: перелёты, проживание, питание и т. д. То есть, никаких проблем у нас не будет. Однако как только ты начинаешь с этим сталкиваться и даёшь им свой турнирный график, получается всё совсем наоборот. Уговор, который был до этого, резко забывается и начинается следующий разговор: «Ой, вы знаете, на эти турниры мы вам оплатим, а вот на эти мы оплатить не можем. Езжайте за свой счёт». Причём, турниры, которые они готовы оплачивать, намного дешевле по расходам, чем те, которые они оплачивать не хотят.
Когда я приехал в ФТР, то озвучил, что у нас есть серьёзное предложение от Казахстана, и сказал сразу: мне нужно только одно — если вы заинтересованы в Юле, то мы подпишем с вами контракт, но вы обозначьте конкретную сумму, которой сможете нам помогать. Разговоры о пустом никому не нужны. Я попросил обозначить реальную сумму, на которую я могу рассчитывать в годовом процессе. На это мне ответили следующее: «Нет, мы никаких сумм указывать не будем». На этот счёт у них была очень жёсткая позиция. «Если хотите — на словах мы готовы помогать, но в контракте никаких сумм не будет. У России полно талантов, хотите — играйте, хотите — не играйте. Нам абсолютно без разницы».
— То есть вопрос тут чисто материальный? Есть деньги — остаёмся, нет денег — меняем гражданство?
— Я считаю, что менять российское гражданство на гражданство любо другой страны, это серьёзный шаг, который требует больших раздумий. Для меня это очень важно. Я не готов принимать это решение просто так. Должно быть крайне серьёзное предложение со стороны того государства, которое хочет, чтобы Юля играла под их флагом. Для меня патриотизм не пустой звук, я сам бывший спортсмен. Это должен быть крайне обоснованный поступок. Здесь не всё так просто.
— То есть, предложение от Казахстана не настолько серьёзно, чтобы вас оно сразу же заинтересовало, верно?
— Оно достаточно серьёзное, но речь, конечно же, идёт не о миллионе долларов. Сумма действительно солидная, просто есть много нюансов, которые в одночасье не решить. Это очень непростой процесс.
— Вы общались на эту тему с Ярославой Шведовой, Галиной Воскобоевой или другими ребятами и девушками, которые также стали выступать за Казахстан?
— Да, я общался с Ярославой. Это было в самом начале прошлого или позапрошлого года, не помню точно. Я тогда только узнал о том, что такое возможно. Она мне рассказала кое-какие нюансы, и отзывалась очень положительно обо всех моментах. Однако у неё совершенно другая ситуация. Перед Ярославой стоял вопрос — играть или не играть. Те деньги, которые ей выделял Казахстан, для неё были очень серьёзной подпиткой, чтобы она помогла ей продолжать карьеру. У меня немножко другая ситуация в денежном плане на данный момент. Глобально мы не нуждаемся в том, чтобы была какая-то подпитка со стороны. Мы сможем пережить без этого. Но если кто-то готов тебе помогать и платить деньги за то, что ты будешь выступать за эту страну, то почему бы и нет? Теннис — очень недешёвое занятие.
championat.com
